Вопрос об использовании индукции и дедукции в качестве методов познания обсуждался на протяжении всей истории философии. Под индукцией чаще всего понималось движение познания от фактов к утверждениям общего характера, а под дедукцией — движение мысли от общих утверждений к менее общим, в том числе к утверждениям об отдельных предметах. Часто эти методы противопоставлялись друг другу и рассматривались в отрыве от других средств познания. Так, Ф. Бэкон считал основным методом познания индукцию, а Р. Декарт — дедукцию вместе с интуицией. Однако в эпоху Нового времени эти крайние точки зрения начали подвергаться сомнению. Так, Г. Галилей, И. Ньютон, Г. Лейбниц, признавая за опытом, а значит, и за индукцией большую роль в познании, от-'мечали вместе с тем, что процесс движения от фактов к законам не является чисто логическим, а включает интуицию. Они отводили важную роль дедукции при построении и проверке научных теорий и отмечали, что в научном познании важное место занимает гипотеза, несводимая к индукции и дедукции.

Однако полностью преодолеть противопоставление индуктивного и дедуктивного методов познания долгое время не удавалось.

В правовом познании противопоставление индукции и дедукции как методов познания теряет смысл, поскольку они не рассматриваются как единственные методы. В познании важную роль играют другие методы, а также приемы, принципы и формы (например, абстрагирование, идеализация, проблема, гипотеза и т.д.).